Весь день Томас сидел в маленьком театральном зале и слушал одну актрису за другой. Он искал исполнительницу главной роли для своей новой пьесы. Основа - знаменитый роман «Венера в мехах» Леопольда фон Захер-Мазоха. Уже стемнело, а подходящей кандидатуры всё не находилось. Голоса сливались в одну утомительную кашу, движения казались вымученными, а глаза смотрели куда угодно, только не на него. Томас уже почти сдался и мысленно составлял план, как объявить, что сегодня больше никого не принимает.
И тут в дверях появилась она. Ванда. С первого взгляда стало ясно - это совсем другой уровень. Она вошла стремительно, будто опаздывала на поезд, бросила сумку прямо на пол и сразу начала говорить. Громко, уверенно, с лёгкой хрипотцой в голосе. Манеры развязные, жесты резкие, одежда слишком яркая для такого тусклого помещения. Томас внутренне поморщился. Именно таких женщин он всегда старался избегать: шумные, бесцеремонные, привыкшие брать всё, что захотят. Он уже открыл рот, чтобы вежливо отказать, но Ванда не дала ему и слова вставить.
Она начала читать сцену. И вот тут всё перевернулось. Каждое слово, каждый взгляд, каждая пауза - всё было на месте. Она не просто знала текст, она жила им. Томас почувствовал, как по спине пробежал холодок. То, что секунду назад раздражало - её напор, её наглость, её абсолютное отсутствие стеснения - вдруг стало притягивать. Он поймал себя на том, что не может отвести глаз. Ванда играла так, будто роль писалась именно под неё. А может, и писалась.
Когда она закончила, в зале повисла тишина. Томас молчал дольше, чем собирался. В голове крутилось сразу несколько мыслей, и ни одна из них не хотела укладываться в привычную логику. Он ждал от актрисы утончённости, сдержанности, почти холодной грации. А получил бурю. И эта буря почему-то оказалась именно тем, чего ему не хватало. Он злился на себя за это открытие, но злость быстро сменилась чем-то другим - острым, почти болезненным интересом.
Ванда стояла посреди сцены, чуть запыхавшаяся, с лёгкой насмешливой улыбкой. Будто знала, что уже победила. Томас кашлянул, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией. Но внутри всё уже сдвинулось. То, что он ненавидел ещё утром, теперь манило его с какой-то необъяснимой силой. Он смотрел на неё и понимал: эта женщина не просто получила роль. Она вошла в его жизнь и, похоже, собиралась там остаться.
Они ещё долго говорили после прослушивания. Сначала о пьесе, потом о деталях, потом о чём-то совсем постороннем. Ванда курила, стряхивая пепел прямо на пол, и смеялась над его попытками казаться серьёзным. А Томас всё больше чувствовал, как тонкая грань между отвращением и влечением растворяется. К концу вечера он уже не был уверен, ненавидит он её или одержим. Возможно, и то, и другое одновременно. И это ощущение пугало его сильнее всего.
Читать далее...
Всего отзывов
6